Друзья, мы начинаем знакомить вас с членами жюри конкурса «Неочевидное. Арктика». И первый наш гость — архитектор Александр Гликман. Его напутствие участникам звучит просто: «Раскрепоститесь, можно все». В своей экспертной позиции он подчеркивает ценность поиска и свободы мышления и уверен: финал конкурса подарит нам по-настоящему прорывные идеи.


Архитектурное взросление — это момент, когда вы перестаете делать архитектуру «для себя» и начинаете делать ее для других


— Александр, с чего, на Ваш взгляд, стоит начинать работу над конкурсным проектом для Арктики: с анализа контекста, с архитектурного образа или с выбора технологий?
Начинать всегда стоит с контекста. Климат, рельеф, сообщество людей, которые там живут или будут жить, — это отправная точка. Архитектурный образ рождается из понимания среды, а технологии становятся инструментом для воплощения. Если двигаться в обратном порядке, легко получить красивую, но «оторванную» картинку.

— Какие ошибки чаще всего совершают молодые архитекторы, пытаясь «войти» в проект, и как их можно избежать?
Одна из таких ошибок — желание сразу впечатлить формой, забыв о сути. В экстремальной среде Арктики здание не может быть только жестом. Оно должно отвечать реальным задачам. Поэтому стоит задать себе вопрос: «Кому это нужно, и как это будет работать через десять лет?»

— Чему на старте нужно уделять больше внимания — функциональности или концептуальной идее? Что для Вас важнее увидеть в проектах?
Для меня важно увидеть идею, которая отвечает на функциональный запрос. Концепция ради концепции не имеет смысла. И наоборот, «сухая» функциональность без художественного измерения тоже не работает. Это должно быть единство.

— Как архитектору найти собственный голос в условиях, где есть жесткие климатические и технологические рамки?
Собственный голос проявляется в нюансах: в том, как выстраиваются пропорции, как используется свет, как решается диалог между зданием и человеком. А рамки дисциплинируют и делают голос архитектора чище.

— В чем, по-Вашему, ценность «неочевидного» решения? Как участнику не скатиться в «оригинальность ради оригинальности»?
Ценность «неочевидного» в том, что оно рождает новое качество среды. Но оно должно вытекать из логики места, из анализа. Если решение неочевидно, но при этом естественно и работает — это попадание в точку.

— Должны ли молодые архитекторы опираться на локальные культурные коды и традиции Севера или лучше искать универсальный современный язык?
Я думаю, что важно и то, и другое. Традиции дают глубину и связь с историей, универсальный язык — возможность диалога с миром. Лучшие проекты умеют соединять эти два измерения.

Александр Гликман со средней дочерью

— Что для Вас убедительнее как для члена жюри: смелая идея в rough-эскизе или идеально вылизанная подача с банальным решением?
Конечно, смелая идея. Эскиз может быть неидеальным, но если в нем есть энергия и логика — это видно сразу. Картинка ради картинки не убеждает.

— Как участникам распределить силы между архитектурой и подачей: что в конкурсе перевешивает?
Архитектура первична. Но подача помогает донести суть. Хорошая визуализация — это не украшение, а инструмент коммуникации. Главное — не путать одно с другим.

— Если проект делает команда, как, на Ваш взгляд, важно строить совместную работу, чтобы проект был целостным и сильным?
В команде важно распределить роли и при этом иметь общий стержень идеи. Если каждый тянет в свою сторону, проект распадается. Успех там, где есть лидер или четко сформулированное общее видение.

— Каким образом участие в конкурсе может стать для молодого архитектора настоящим стартом в профессии?
Конкурс дает возможность громко заявить о себе. Даже если проект не станет победителем, его могут заметить, пригласить к сотрудничеству. Это опыт общения с профессиональным сообществом и возможность проверить себя.

— Что бы Вы посоветовали студенту или недавнему выпускнику, чтобы его проект был замечен и правильно «прочитан» жюри?
Не бойтесь быть честными в проекте. Делайте ставку не на эффектность, а на ясность идеи. Четко формулируйте задачу, на которую вы отвечаете, и убедительно показывайте, как именно вы это делаете.

— Что для Вас значит «архитектурное взросление» — и может ли конкурс стать шагом к нему?
Архитектурное взросление — это момент, когда вы перестаете делать архитектуру «для себя» и начинаете делать ее для других. Конкурс может быть таким шагом, потому что он ставит реальную задачу перед сообществом и местом.

— Вы работали и за границей, и в России. Как международный опыт формировал Ваше представление об устойчивой архитектуре?
Международный опыт показал мне, что устойчивость — это не только технологии, но и культура проектирования. Везде свои акценты: где-то важнее экология, где-то социальный аспект. Но в основе всегда одно — уважение к месту.

— Насколько важна насмотренность для молодого архитектора?
Это основа профессии. Чем шире ваш кругозор, тем богаче инструменты. Насмотренность — это не про копирование, а про способность сравнивать, анализировать, понимать, как одно решение работает в одном контексте и почему оно не сработает в другом.

— Можно ли сказать, что в архитектуре уже все придумано?
В каком-то смысле да. Большинство базовых решений существуют давно. Но ценность архитектора не в том, чтобы «изобрести велосипед», а в том, чтобы выбрать, адаптировать и собрать из известных элементов то, что идеально подходит именно этому месту и этим людям.

— Тогда как избежать простого копирования?
Прямое копирование обедняет проект. Идеи нужно перерабатывать через призму конкретной задачи. Взять что-то готовое можно — но важно спросить себя: зачем это здесь? Если ответа нет, значит, решение мимо.

— Можно ли построить сильный проект только на переработке чужих идей?
Да, если переработка становится переосмыслением. Архитектура всегда диалог с прошлым и с миром. Даже самые авангардные проекты — это результат работы с уже существующими образами, технологиями, традициями. Но важно внести в них свою логику и свое видение.

— Как конкурсанту выстроить правильную стратегию: смотреть на мировые аналоги или начинать с чистого листа?
Лучше соединять. Если игнорировать опыт, есть риск изобрести то, что уже десять раз пробовали и отказались. Но если только копировать — получится слабая калька. Нужно смотреть широко, но потом все отфильтровать через конкретное место и личную позицию.

— Можно ли сказать, что «неочевидное» решение — это как раз умение по-новому применить известное?
Абсолютно точно. Неочевидность не в том, чтобы придумать форму, которой никто никогда не видел, а в том, чтобы взять привычное и повернуть так, чтобы оно неожиданно решило задачу. Это и есть профессиональное мастерство.

— Если бы Вы могли создать свой проект в Арктике — без ограничений — что бы это было? Какой объект, с какими задачами?
Я бы сделал центр общения — гибридное пространство, где соединяются культура, образование и повседневная жизнь. В Арктике особенно важно иметь место, которое объединяет людей и дает чувство дома, особенно если за окном — полярная ночь.

Записала Татьяна Полонская